Тибет

Из затеянной перед поездкой переписки с непальскими турфирмами я поняла, что ситуация обстоит следующим образом.

Их предложения относительно проезда до Лхасы стандартны — это пяти- и семидневные туры, автобусные или на джипе. В любом случае стоимость оформления документов и разрешения на посещение Тибета уже включены в стоимость тура. Разрешение, по словам турагентов, стоит 26 долларов.

На оформление документов необходима неделя, но можно сделать разрешение и быстрее, доплатив за срочность еще 17 долларов. Итого 43 доллара.

Пятидневные туры — это пять дней дороги Катманду–Лхаса, по пути — размещение в комнатах общажного типа, не включены билеты в монастыри и завтраки. Автобусный тур такого типа стоит 136–150 долларов, на джипе — 150–180 долларов.

Семидневные туры — опять же пять дней дороги Катманду–Лхаса, плюс два дня в Лхасе или в Катманду, размещение в номерах подороже, включены стоимость билетов в монастыри, экскурсии с гидом, завтраки. Автобусный тур такого типа стоит 236–274 долларов, на джипе — 256–285 долларов. Часто семидневные туры включают в себя еще и авиаперелет Лхаса–Катманду — 276 долларов, это уже восьмой день — и стоят в результате около 550 долларов, но можно сразу договориться об оплате проезда только в одну сторону. Были еще и отдельные товарищи, которые загибали цены и были в этом несгибаемы — 645 долларов и точка.

Указанные расценки взяты из нашей переписки с турагентами. Возможно, при оплате уже непосредственно в агентстве могут всплыть какие-то дополнительные платежи или, наоборот, можно выторговать себе скидку.

В случае дальнейшего самостоятельного возвращения в Непал имеет значение, на сколько дней выписано разрешение. Разные фирмы обещали нам разрешение разной длительности: 15, 20, 25 дней. В этом же случае — приезд в Лхасу и дальнейшее самостоятельное гуляние — необходимо отдельное от остальных разрешение, и об этом тоже надо сразу договориться с турфирмой. У нас было одно разрешение на двоих. Перед поездкой представитель агентства дал нам каждой по копии его, а в день отъезда вручил оригинал с красными печатями. Этот оригинал потом штамповали при въезде в Китай и забрали при выезде, а в паспорте совершенно ничего не ставят. В самом Тибете разрешение — или просто номер его — у нас спрашивали только при поселении в гостиницу.

Маршрут проезда все указывают один: Катманду, Кодари, Жанму или Ньялам, Лхатсе или Шегар, Шигадзе, Гьяндзе, Лхаса. У одной турфирмы, “Adventure Glacier Treks and Expedition”, значилась еще и Сакья — это 25 км в сторону от Шоссе Дружбы. Мы посмотрели информацию об этом монастыре и решили: надо непременно посетить, раз уж мы там будем мимо проезжать. Монастырь находится далеко от Лхасы, и самостоятельно мы туда уже не съездим. Специально уточнили у других турагентств, не заезжают ли их автобусы и джипы в Сакью? Нет, не заезжают, потому что спросом не пользуется. Кто-то из них даже написал, что если мы хотим посмотреть этот монастырь, то нам двоим с радостью организуют индивидуальный тур на джипе — 895 долларов с человека с обратным авиабилетом в Катманду.

В результате мы договорились с агентством “Adventure Glacier Treks and Expedition” о покупке семидневного автобусного тура за 265 долларов (пятидневных у них не было), со всеми приложениями — билетами, завтраками и прочим — и разрешением на 22 дня. Решающее значение для нас имело наличие Сакьи в предложенном ими маршруте. И, скажу я вам, нас облапошили. Маршрут действительно у всех один и тот же, и ни шагу в сторону.

Туры в Тибет отправляются из Катманду по субботам и вторникам. Ранним утром, с пяти часов, турагенты собирают своих клиентов по гостиницам и отводят к автобусам. Здесь уже образуется просто одна большая группа, которая далее, после перехода границы, сортируется.

Мы выехали из Катманду в шесть часов утра. Где-то по дороге была остановка на завтрак. С интересом смотрели за окно: буйная зелень, джунгли, горы, речушки, колоритный деревенский народ. Из Индии-то в Катманду мы ночью ехали и красот не видели. В Кодари всех из автобуса выгружают и ведут обедать. Пока мы сидели в харчевне, у нас собрали паспорта и вернули их с пометкой о выезде из Непала. Уже ходят менялы и предлагают юани — сначала по семь с половиной юаней за доллар, потом — по восемь. На китайском КПП после проверки разрешения и паспорта попросили наклонить голову к окошку будки и посветили какой-то трубочкой в лоб — температуру меряют?

Потом группу распределили по джипам и автобусам согласно оплаченным турам и довезли до таможни. Прошли ее и заселились в гостиницу “Жанму”.

Жанму — маленький городок на высоте 2300 м. Кажется, что он состоит из одной улицы, вьющейся ярусами по склону горы. По вершинам гор бродят облачка, прямо между домов — водопад реки.

Второй день тура. Едем из Жанму в Лхатсе. Покрытые густой зеленью горы давно позади, вокруг — голые пустынные скалы, откуда-то сверху падают речки, автобус проезжает то под водопадом, то прямо по потокам воды, которые низвергаются дальше вниз. Горная дорога зигзагами.

Останавливались на перевале Тонг-Ла, 5120 м, и еще на обед у какой-то придорожной харчевни. Автобус сразу притягивает к себе попрошайничающих тибетских детей и женщин. Вдалеке — ряд гималайских вершин. По дороге проносится туда-сюда трактор-таратайка с развевающимся красным флагом — смотрится забавно, но через две недели и мы на таком же будем рассекать; правда, без флага.

Перепад высот за день составил почти две тысячи метров — Лхатсе уже на высоте 4050 м. Ехали весь день, с восьми утра до девяти вечера. В автобусе в тот день мы сидели сзади, и на головы постоянно сыпались рюкзаки, сложенные горой на последнем сиденье — дорога была весьма ухабистой. Впотьмах уже заселились в какую-то маленькую гостиницу в Лхатсе. Для меня это был самый тяжелый день за всю поездку, но почувствовала я это лишь когда плюхнулась в креслице в гостинице. Ужасно болела голова, сердце тяжело билось где-то между ушами, а в самих ушах шумело. К тому же всю ночь потом под потолком горела невыключаемая лампочка, вчетвером искали выключатель — не нашли. Так и подмывало провод перерезать. От головной боли немного помогала “шипучка”: пила то ли “Антигриппин”, то ли “Эффералган”.

День третий. Довольно быстро доехали от Лхатсе до Шигадзе, 3900 м. Шигадзе — второй по величине тибетский город после Лхасы. Примечателен монастырем Ташилунпо — резиденцией Пaнчeн-лaмы. Вход — $6,70. Большой монастырь — почти целый город, в одном из храмов находится 26-метровая золотая статуя Майтрейи.

В Шигадзе нас поселили в гостинцу “Чомолунгма френдшип”. Вывешены расценки: общая комната — $3,66 за койку, “стандартная” — 20 долларов, трехместная — 23.

День четвертый. Шигадзе–Гьяндзе, 3950 м. Достопримечательности Гьяндзе: ступа Кумбум, монастырь Пелкор-Чед, дзонг — древняя крепость на вершине возвышающейся над городом горы.

Ступа Кумбум — многоярусное сооружение, на каждом этаже — маленькие капеллы, посвященные отдельным божествам. Изображения были созданы мастерами из Непала в 14–15 веках и “являются уникальными образцами неварского стиля”. На нижних этажах — статуи демонов и защитников веры, чем выше — тем “светлее” становятся божества, верхние этажи — это уже Тары, Будды и Майтрейя. Венчают сооружение всевидящие глаза первоначального Будды. Мне же показались интересны там не статуи, а тонкая вязь настенных росписей.

От храма монастыря Пелкор общее впечатление — темнота и вековая копоть. Книг много. Впечатлили еще впервые увиденные большие статуи, стоящие в полный рост вдоль стен, но потом они встречались в монастырях не раз и сейчас уже не столь впечатляют.

Дзонги в древнем Тибете возводили для наблюдения за окрестностями. В начале 20-го века британские войска захватили дзонг в Гьяндзе, обороняемый тибетцами, вооруженными одними луками. Теперь там антибританский антиимпериалистический музей. Сверху из этого дзонга, наверное, потрясающий вид на окрестности.

В Гьяндзе жили в гостинице “Жан Жун”, и это был самый лучший номер за всю поездку.

День пятый. Гьяндзе–Лхаса. 12 часов дороги. Немного отъехав от Гьяндзе, проезжали берегом фантастически красивой речки с островком-дзонгом. Останавливались на перевале Каро-Ла, 5045 м, лежащем у подножия семитысячника Ноджин Канцан. Снежные языки спускаются прямо к дороге. Есть возможность сфотографироваться, взобравшись на яка, — заплатив, естественно.

Потом дорога идет вдоль извилистого берега озера Ямдрок-Цо, поднимаясь все выше и открывая все новые виды на озеро с возвышающейся над ним вершиной Ноджин Канцан. Но дорога эта была в стадии “всенародного строительства” — все раскурочено, пыль столбом, — и это портило впечатление от озера и очень замедляло наше продвижение.

Перевал Камба-Ла, 4794 м, преодолели, не останавливаясь. Как только проехали мост через Брахмапутру, началась отличная дорога.

На подъезде к Лхасе есть большое наскальное изображение Будды. О нем пишут, как о самопроявленном изображении.

В Лхасе нас заселили в “Тибет перл стар гарден” неподалеку от дворца Норбулинка, в западной, китайской части города. Красивый фасад и сверкающий шикарный холл совершенно не соотносятся с тем, что представляют из себя сами номера. Стоимость номеров, взятая из гостиничного буклетика: одноместная комната — 15 долларов, “стандартная” — 20, трехместная — 35. В этой гостинице мы прожили два с половиной дня и три ночи.

В оставшиеся два дня нашего тура нам устроили экскурсии в Дрепунг, Джоканг, Поталу и пару маленьких храмов на Баркхоре. В монастырь Сера с подачи гида группа решила не ехать.

Монастырь Дрепунг был когда-то одним из самых больших монастырей в мире — в нем проживало 10 тысяч монахов. “Дрепунг” переводится как “гора риса” — название навеяно тем, как выглядит россыпь белых монастырских строений на склоне горы. Монастырь основан в начале 15-го века учеником Цонкапы. В середине 16-го века Второй Дaлaй-лaма основал дворец Ганден в пределах монастыря, ставший резиденцией Дaлaй-лaм до тех пор, пока Дaлaй-лaма Пятый не построил Поталу. Именно отсюда осуществлялось правление Тибетом “ранними” Дaлaй-лaмами. В Дрепунге находятся гробницы Второго, Третьего и Четвертого Дaлaй-лaм.

Дрепунг находится на западной окраине Лхасы.

Храм Джоканг был возведен в седьмом веке тибетским правителем Сонгцэном Гампо. Он взял себе в жены непальскую принцессу Бирикути и китайскую принцессу Венченг, и каждая из них в качестве приданного привезла в Тибет по изображению Будды: Венченг — статую Джово Шакьямуни, Бирикути — Будды Акшобьи. Пишут, что изначально Джоканг строился правителем для размещения в нем изображения Будды Акшобьи. Для прекрасной статуи Джово Шакьямуни был построен храм Рамоче. После смерти Сонгцэна Гампо Джово Шакьямуни был перенесен из Рамоче и спрятан в Джоканге. С тех пор статуя так и осталось в Джоканге и является наиболее почитаемым в Тибете изображением Будды.

От оригинальной постройки 7-го века осталось немного, храм претерпевал изменения, и сильно пострадал от “культурной революции”. Однако изначальная планировка его древняя. Статуи располагаются по периметру зала в комнатках-нишах за решетками, в центре зала — Майтрейя. По внутреннему двору монастыря проходит Нагкхор-кора, путь паломников. С верхнего этажа Джоканга открывается отличный вид на Поталу.

Билет в Джоканг стоит $8,54, и вместе с бумажным билетиком вручают мини-компакт-диск, на котором тоже стоит надпись “входной билет”. Потом как-то с этим же билетиком я попыталась еще раз сходить в Джоканг, полюбоваться на статую Джово Шакьямуни, но, увы, китайских милиционеров на входе провести не удалось.

Говорят, в храм можно проникнуть бесплатно, смешавшись с утренней толпой тибетских паломников.

Вокруг Джоканга проходит торговая улица Баркхор, которая одновременно и паломнический путь — “кора” — вокруг Джоканга. В одном потоке — и покупатели, гуляющие от лавки к лавке, и паломники, одной рукой крутящие свои молитвенные барабанчики на ручках и перебирающие четки другой рукой.

Потала… Резиденция Дaлaй-лaм, огромный дворец на холме, видный издалека из разных точек города. Еще за тысячу лет до постройки Поталы Пятым Дaлaй-лaмой на этом холме был дворец Сонгцэна Гампо. Сколько бы мы ни ходили мимо Поталы, пока жили в Лхасе, она всегда притягивает взгляд, просто глаз не отвести. А внутри — комнатки с низкими потолками, узкие сумрачные коридоры, крутые лестницы. Снаружи она гораздо больше впечатляет. Поразительная громадина. Особенно, если учесть, что построена еще в средневековье.

Билеты в Поталу были по 12 долларов.

После хождений по лестницам Поталы народ из нашей группы согласился с предложением гида не ездить после обеда в монастырь Сера, а съездить просто на Баркхор — там тоже есть достойные осмотра места. Да и действительно, было ощущение, что монастырей мы насмотрелись вдоволь: уже понятно, что архитектура их более-менее стандартна и внутренние интерьеры похожи, изваяния уже все нами в лицо узнаваемы, и гид на каждой экскурсии говорит об одном и том же: Дaлaй-лaма Пятый, Будда Шакьямуни, Майтрейя, Цонкапа, ученики Цонкапы, Падмасамбхава, Пaнчeн-лaма — духовный лидер Тибета. Про Дaлaй-лaму Четырнадцатого, правда, ни слова не было ни разу.

На восьмой день тура с утра наша группа уезжала в аэропорт, чтобы вернуться в Катманду, а мы в 11 часов покинули “Тибет перл” и поехали в гостиницу с номерами попроще. В “Яке” все было занято, в “Сноуленде” свободные койки были в разных общажных комнатах, а нам хотелось вместе, и в итоге заселились мы в “Таши таргял” в комнату общажного типа по $2,43 за койку. Правда, наша комната оказалась двухместной.

Испытав на себе семидневный тур, могу сказать, что вполне можно брать пятидневный, то есть просто проезд и размещение по минимуму. Билеты в монастыри брать самим — обойдется примерно в 45–50 долларов. Оплаченные завтраки однообразны: в гостиницах по дороге все стандартно — тосты с джемом, яйца вареные или жареные, чай, кусок бисквита, — и в течение пяти дней этот набор надоедает. В гостинице, куда селят в Лхасе, — как бы “шведский стол”: рисовый суп (просто отваренный в воде рис, совершенно не соленый), в качестве хлеба — куски теста, сваренные на пару, лук маринованный, жареный арахис, еще пара китайских блюд. К тому же по дороге еще акклиматизация идет, и зачастую завтракать совершенно не хочется. Найти магазинчик или лавку, чтобы купить продуктов, — не проблема на протяжении всех остановок по дороге.

Ехать лучше автобусом, что экономичнее и, на мой взгляд, даже комфортнее. Довелось немного проехать на джипе, впечатления: тесно, пыльно, окна низкие — видимость так себе. В джип усаживали пять человек туристов: четыре на заднем сиденье и один впереди, на одном сиденье с гидом. Рюкзаки — в багажнике, не на крыше.

В автобусе нас ехало 15 человек, на последнем сидении свалены рюкзаки и прочий скарб. В какой-то момент один из джипов сломался, и его пассажиры ехали с нами на откидных сидениях.

Обратно мы решили возвращаться самолетом Лхаса–Катманду. Билеты покупаются в офисе авиакомпании CAAC, стоят 240 долларов, оплата только в юанях. Никаких дополнительных сборов потом в аэропорту мы не платили. Рейсы в Катманду летают утром, в 10:30, по вторникам и субботам. Билеты надо покупать заранее, хотя бы недели за полторы.

До границы Непала можно также доехать на джипе или автобусе за два–три дня — естественно, это уже без осмотра достопримечательностей. По информации из разных источников, стоимость такого проезда — 70–150 долларов.

В оставшиеся десять дней мы съездили на озеро Нам-Цо, в монастыри Сера, Ганден, Самье, просто пожили в Лхасе и немного — в Гонкаре.

Монастырь Сера, как и Дрепунг, был одним из самых больших монастырей Гелугпа в Тибете. Основан в начале 15-го века учеником Цонкапы. Примечателен еще тем, что в три часа дня в нем начинаются дебаты монахов.

Сера находится на северной окраине Лхасы, можно доехать на городском автобусе за 24 цента. Но автобус не номер 5, как написано в “Lonely Planet”, а какой-то другой — это выясняется путем опроса кондукторов.

Вход в монастырь стоит $6,70 — дают опять минидиск. “Не надо, — говорим, — нам минидиска, дайте нам просто бумажный билетик”. В “Lonely Planet” ведь написано, что билеты в Серу стоят $3,66 — но нет, осчастливили нас этими минидисками.

В итоге у меня “на память” теперь два билетика-минидиска: из Джоканга и Серы. Содержание их практически одинаково: первый раздел — краткий рассказ о соответствующем монастыре, а остальные — раздел о Тибете в общем, о Лхасе, Шигадзе и других местах, раздел о тибетских танцах, песнях и фестивалях, раздел с описанием нескольких маршрутов, информация для въезжающих вроде оптимального времени для посещения, гостиниц, еды, покупок, обмена денег и прочего, раздел с рекламой турагента какого-то, благодарности. Страшно подумать, что будет, если практику вручения минидисков распространят и на другие монастыри — стоимость билетов будет совсем неподъемной.

В агентстве FIT — гостиница “Сноуленд”, второй этаж, работают примерно с 10 до 18 часов — мы купили двухдневную автобусную поездку на озеро Нам-Цо. Как раз туда собирались, а тут удачно попалось объявление на глаза: 25 долларов за проезд туда и обратно, плюс оплата входа и проживание. Сначала просто записывают желающих в журнал на конкретные числа, и если набирается достаточно — берут оплату и назначают отъезд.

Автобус отправлялся в семь утра от “Сноуленда”, набралось 18 человек — полный салон. Ехали часов шесть. Пару раз приходилось выходить и идти пешком — груженый автобус не мог преодолеть перевал. На въезде в национальный парк Нам-Цо стоит будка, в которую надо зайти оплатить вход, $4,88, но никто не проверял, все ли пассажиры автобуса “обилетились”.

Останавливались на перевале Ларген-Ла, 5150 м. Видимо, там традиционное место для фотографирования.

На берегу озера стоит несколько палаточных лагерей. Нас привезли в “Чайлд каухерд”, туда-то мы и заселились по $2,44 за койку в тентовом шатре.

Лагерь примерно в километре от озера, и, закончив с поселением и обедом в столовой, мы отправились на озеро. Вода прохладная, прозрачная, плещется, как море. После сотен километров дорог приятно побороздить ее, закатав штаны, пошлепать босиком по песочному берегу, побросать камушки в воду, пособирать ракушки, да и просто посидеть на солнышке, слушая волны. С юго-востока озеро окаймляет хребет Ньечен Тангла со снежной вершиной одноименного семитысячника.

На берегу озера у подножия горы находится маленький монастырь Таши Дор.

Вечером я поднималась на гору смотреть и фотографировать закат. Мне слегка не повезло — на западе было пасмурно, но солнце все равно порадовало красками лучей, пробившихся из-за облаков.

Дверь-занавесочка нашей палатки не закрывалась и ночью трепыхалась на ветру, однако кровати были снабжены парой толстых одеял, и спать было совершенно не холодно. Так что по части теплой одежды мы даже перестраховались, не ожидая здесь такого комфорта. Не было и ожидаемых ужасных проявлений кислородной недостаточности на высоте в 4718 метров, о которых мы были начитаны, — видимо, за девять дней пребывания в Тибете мы уже достаточно адаптировались.

Обратно мы уехали на следующий день в десять часов и через четыре с половиной часа были уже в Лхасе — автобус без проблем справился с перевалами.

Думаю, что на Нам-Цо все же лучше ездить на три дня, чтобы было время спокойно побыть на берегу озера и в окрестностях: пройти кору, погулять по горам, по холмам.

Прибыв в Лхасу, мы опять направились в “Таши таргял”, но там в общих комнатах мест уже не было, только двухместные номера за 12 долларов. Решив экономить, пошли в “Сноуленд” по соседству, где нас заселили в семиместную комнату по три доллара за койку. Прелесть подобных многоместных комнат — череда часто меняющегося интересного народа, завязывающиеся знакомства и общение. Комната никогда не закрывалась, но можно было спокойно оставлять вещи. В гостинице есть сложившаяся инфраструктура: интернет-кафе, ресторан, прокат велосипедов, можно отдать в стирку вещи, а можно и самим постирать, присоседившись к прачкам-тибеткам — мы так и делали.

Интернет в Лхасе стоит 37–61 цент за час. Деньги меняются только в офисах “Bank of China” по курсу 8,20 юаня за доллар.

При некоторых гостиницах — “Як”, “Сноуленд”, “Банак Шол” — есть доски с объявлениями о поиске попутчиков, приглашениями в туры, покупке-продаже снаряжения, путеводителей, разговорников. Там-то мы и нашли объявление об автобусной поездке на Нам-Цо. Потом еще на глаза попалось такое объявление: “Нам-Цо: три дня, две ночи, 195–207 долларов, включая джип, бензин, шофера, шоферскую еду и размещение”.

Автобус до монастыря Ганден отходит с площади Баркхор. В шесть утра мы пришли туда и нашли автобус, практически уже полный паломниками. С нас взяли оплату за проезд в обе стороны, $2,44. Так как мест уже не было, нас усадили впереди, лицом к салону, на приступочку за шоферским креслом. Ехали около полутора часов. Мы рассматривали народ, народ рассматривал нас. У одной женщины было очень красивое лицо, похожее на лицо девушки-тибетки из фильма “Семь лет в Тибете”.

Напротив нас на одной паре передних сидений сидели два ламы, на другой — пара колоритных девиц в каменьях-украшениях и в шубах с меховыми отворотами. У одной из них в руках была большая жестяная банка, в каких у нас масляную краску продают, литра на два. Я еще сидела и в полудреме думала: “И зачем ей банка краски?” — совсем забыла, что тибетцы берут с собой в монастыри ячий жир в разнообразной таре.

Большой, полный народа автобус легко преодолел подъем по зигзагообразной дороге — Ганден стоит на высоте 4500 метров.

Ганден — первый монастырь ордена Гелугпа и главный центр ордена с момента основания. Он был основан в начале 15-го века самим Цонкапой. В окрестностях монастыря находится пещера Цонкапы, в самом монастыре — его ступа. Показывают комнату, в которой он медитировал, комнату, где он спал.

Слово “Ганден” означает “радостный”, а также является синонимом “западного рая” — обители Майтрейи. Пишут, что Ганден, как имеющий значительное политическое влияние, больше других монастырей Тибета пострадал после прихода китайских войск.

При выходе из автобуса к нам сразу подбежали два монаха, продающие билетики по $4,27.

Народ из нашего автобуса пошел на кору — обходить гору, на которой стоит монастырь, — и мы поспешили вслед за ними. А там, с другой стороны горы, — такая красота! Далеко-далеко внизу — равнина с рукавами рек и ниточками дорог, и высокие горы вдалеке — нереальный пейзаж.

А мы идем по склону горы, смотрим на природные красоты и на паломников. А народ в это время деловито подкладывал благоуханную травку в курительницы и просто в костерки на земле, складывал домики из плоских камушков, скреб глину в углублениях — мне вспомнилась сразу Канавка в Дивеево, — прикладывал камушки к группе углублений на скале, подкладывал подношения в святилища, протискивался через щели между больших камней.

В одну из таких щелочек, заразившись всеобщим энтузиазмом, мы тоже пролезли — на всякий случай, а вдруг это счастье приносит… Камни были отполированы до блеска, сразу чувствуется, что не первый век между ними народ протискивается.

В идущей череде людей были и монахи, и скачущие по камням дети, и женщины с грудными детьми, что меня совершенно восхищает. Потихоньку мы приотстали от основной массы паломников. Впереди нас бежала только стайка девчонок-подростков, от которых мы уже старались не отстать. Они и показали нам пещеру Цонкапы, мимо которой мы чуть было не прошли.

Потом мы обходили монастырские храмы, ориентируясь по стрелочкам-указателям и череде паломников. В общей сложности проходили три часа.

Обратно наш автобус уехал в 13:30 и ехал до Лхасы два часа, с заездом по пути еще в один монастырь. Но мы туда уже не пошли, остались сидеть в автобусе.

Для поездки в монастырь Самье надо оформлять-покупать разрешение, но совершенно не понятно, где это делать, у кого ни спрашивали — никто не знает. Решили поехать “на авось”, без разрешения. Как мы прочитали в путеводителе, надо доехать автобусом до переправы через Брахмапутру — Ярлунг Цангпо по-тибетски, — потом плыть на пароме, потом еще девять километров до монастыря проехать на попутном тракторе или грузовике. Я еще думала: где мы там будем трактор ловить?

Наученные опытом, к автобусу в Самье мы пошли пораньше, чтобы сидеть на нормальных местах. В “Lonely Planet” написано, что автобусы в Самье уходят с Баркхорской площади около восьми утра. Мы пришли примерно в двадцать минут восьмого — автобус был почти полон, — уселись на местах в последнем ряду. Минут через пятнадцать автобус отправился с Баркхора, заехал еще на пригородную автостанцию и уже с нее в восемь часов отправился.

Уже усевшись в автобус, увидели пару знакомых девушек, с которыми ехали в одном автобусе пять дней от границы до Лхасы, потом в этот же автобус сели трое знакомых парней, с которыми ездили вместе на Нам-Цо и жили потом по соседству в “Сноуленде”. Все ехали без разрешения.

Автобусный билет стоил три доллара, до переправы ехали два часа.

Паром представляет собой большую широкую лодку с мотором, в которую нагрузили людей из нескольких автобусов — лодка была полной, народ стоял. Плыли больше часа, пришлось стоять с рюкзаком на плечах, в ноги его не бросишь — там водица местами. Ощущала себя овечкой в стаде, и не я одна. Стоимость парома — $1,22.

Причаливший паром уже ждет на берегу местный транспорт: тракторы, джипы и грузовик. Мы залезли в кузов трактора — 61 цент, — и это даже не трактор был, а мотоблок. Всего туда набилось десять человек, и мы поехали в Самье — девять километров по раздолбанной дороге, подпрыгивая на колдобинах, по грязи, пересекая мелкие речушки-ручейки, при этом на наши головы обрушивались брызги то грязи, то воды. Очень запоминающаяся развеселая поездка получилась.

Самье — первый монастырь Тибета, основанный в 8-м веке правителем Трисонгом Деценом и сыгравший ключевую роль в становлении буддизма в Тибете. Уникальность монастыря в том, что он построен в форме мандалы, символизирующей строение вселенной. Расположенный посередине главный храм — Утце — символизирует гору Меру. Три его этажа выполнены в трех разных архитектурных стилях: китайском, тибетском, индийском. К северу от него находится храм Луны, а к югу — храм Солнца.

Главный храм окружают с четырех сторон четыре больших чортена разных цветов: красный, черный, зеленый, белый. “Чортен” — тибетское название ступы. За кругом чортенов следует круг строений, символизирующих континенты и субконтиненты. Внешняя стена монастыря украшена маленькими чортенами. В годы “культурной революции” монастырь серьезно пострадал: сейчас его территория довольно пустынна, а когда-то архитектурный комплекс Самье состоял из 108 зданий.

В истории Самье одну из ключевых ролей играл Падмасабхава, называемый тибетцами Гуру Римпоче. Именно здесь, возле монастыря, находится гора Хепо Ри, на которой он одержал победу над демонами.

Приехав в Самье, первым делом пошли селиться в гостиницу — бросать рюкзаки; номера там стоят $1,83 за место в общей комнате, еще есть за $3,66 и $4,88. Но менеджер нам заявил, что мест нет, и вообще — кто вы такие? группа ли? есть ли у вас гид? есть ли у вас разрешение? А туристов и правда было полно, и в основном — организованных, группами. Хорошо, что мы были не просто вдвоем, а нас было семеро, и мы заявили, что, в общем-то, вот наша группа — семь человек.

В результате нам предложили разместиться через час на крыше гостиницы. И действительно, смотрим: на крыше уже начали устанавливать палаточный каркас, вот-вот тент натянут. А мы тем временем засели в ресторанчике, где были приятно недорогие блюда, большими порциями и очень вкусно приготовленные: лапша с овощами, рис — по 61–73 цента, лапша с яйцами и томатами — 73 цента, жареные овощи — $1,22.

Койка в палатке на крыше стоила $3,66 — дороговато, конечно, для палатки, но альтернативы не было: в частных гостиницах с восточной стороны монастыря мест тоже не было. Видимо, берут так дорого за “пентхаусность”.

Мы обошли-посмотрели главный храм и монастырские строения, какие успели до закрытия, — мелкие строения закрывают примерно в 19 часов. При посещении главного храма продают билетики — $4,88. Вечером в храме проходит многолюдная служба, которая транслируется через громкоговорители. Ряды монахов во время службы сидят и во внутреннем дворе храма.

Сидя вечером у палатки, мы наблюдали, как солнце скрылось за горами, а потом зажглась россыпь звезд на небе. Давно я уже не видела так много звезд и так близко… С одной стороны белел чортен, с другой — тихонько звенели колокольчики на “горе Меру”.

С утра пораньше поднялись на гору Хепо Ри сфотографировать общий вид монастыря. Опять немного не повезло — облака покрыли все небо, освещенность была так себе.

Примерно в 10 часов отправлялся грузовик до переправы, наши компаньоны по палатке уезжали на нем, и мы решили тоже ехать с ними. Стоимость проезда — 85 центов. Потом была опять переправа, где мы уже знали, что к чему, и расположились с комфортом на корме.

Причаливший паром уже ждут автобусы. Мы решили не ехать до Лхасы, а выйти в Гонкаре. Послезавтра с утра у нас самолет в Катманду, в Лхасе мы прожили больше недели и начали уже немного скучать, к тому же там гостиницы переполнены, да и вообще, сэкономим на такси Лхаса–Гонкар, посмотрим новый городок.

До Гонкара от переправы было ехать в два раза ближе, чем до Лхасы, один час вместо двух, но за проезд взяли со всех одинаково, по $3,66. В дороге были вынуждены смотреть и слушать китайские музыкальные видеоклипы по телевизору.

В Гонкаре в аэропортовской гостинице уже не существует комнат общажного типа по $3,66 за койку — именно на них мы рассчитывали, почитывая “Lonely Planet”, — самые дешевые номера там теперь по 17 долларов.

На короткой улице, идущей от шоссе к территории аэропорта, на вторых этажах зданий есть гостиничные номера, но нелегко было их обнаружить — по причине надписей исключительно на китайском. На первых этажах зданий преимущественно расположены ресторанчики, английского никто не понимает, названий гостиниц, указанных в “Lonely Planet”, не признают, и в первую очередь зазывают у них пообедать. В их меню для иностранцев есть отдельная страничка, на которой цены только в долларах, причем расчет в юанях по курсу 9,50 юаней за доллар! Дороговизну ресторанчиков скрашивают немного магазинчики-“супермаркеты” и продуктовые лавки.

В третьей просмотренной гостинице мы нашли-таки трехместный номер по $3,66 за койку — туалет в конце коридора, душем и не пахнет, воды горячей нет.

В общем, совершенная дыра этот Гонкар, полторы пыльных улицы, смотреть нечего, ближайший монастырь — в 10 километрах. Спасал нас телевизор в номере с множеством каналов.

На территории аэропорта стоит офис “Bank of China”, но там меняют только доллары на юани по стандартному курсу, а по поводу обратного обмена, юаней на доллары, говорят: “Езжайте в Лхасу”. Оставшиеся юани я потом поменяла в аэропорту Катманду по курсу один юань на восемь непальских рупий. На Тамеле курс чуть выше.

В день отлета к полвосьмого утра подошли к зданию аэропорта, а он еще закрыт. У дверей сидят коченеющие люди. Наконец, примерно в 7:45 приехал милиционер на велосипеде и открыл двери зала регистрации внутренних перелетов. Зал международных рейсов в стадии строительства, и регистрация проходила в каком-то павильончике.

Летели часа полтора, по правому борту видели сверху выступающую из облаков вершину Эвереста.

дальше: Тибетские фотки (265 КБ)

больше: Другие вещи

эта страница: http://www.zharov.com/natasha/tibet.html

авторские права: © Наталья Васильева, текст, фотографии, 2004–2014
© Сергей Жаров, кодирование, 2004–2014

обратная связь: natashavasilyeva@mail.ru, sergei@zharov.com